Следствие по делу об убийствах на посту «Аркан Керген» продлено до 4 октября! Об этом сегодня сообщили в Главной военной прокуратуре. Между тем адвокат Владислава Челаха Тулеген Берликожанов сообщил, что уже в понедельник его подзащитному могут официально предъявить целый ряд обвинений. Тем временем на днях в Интернете появилось видеообращение Светланы Ващенко – она записала его после последней встречи с сыном. Мать Челаха опровергла информацию о том, что Владислав получил небольшую травму, когда играл в баскетбол за колючей проволокой.
Светлана Ващенко, мать В. Челаха:
- Сейчас я его спросила: ты один? Он говорит: нет, сейчас нас трое. Но никаких баскетболов там даже близко не может быть. Мальчишка подавленный весь, как комочек, скомканный весь, и с ним когда разговариваешь, он вообще не понимает, что ему говорят.
Впрочем, о том, что рядовой Челах за решёткой играет в баскетбол, нам сообщил в телефонном разговоре его дед Владимир Челах. Это он сказал, что его внук чувствует себя хорошо, настроен оптимистично и даже занимается спортом. И вот теперь Светлана Ващенко опровергает слова своего бывшего свекра. Впрочем, играл Владислав в баскетбол или нет, в деле Челаха это не самое главное, куда важнее - докажут ли следователи его вину в убийстве 14 сослуживцев и егеря. Уже в понедельник адвокаты пограничника надеются ознакомиться с официальным обвинением. Сейчас Владислава Челаха обвиняют только в убийстве, но, возможно, в производство добавят еще несколько уголовных дел, по которым пограничник подозревается в дезертирстве, порче военного имущества и краже.
Тем временем Комитет солдатских матерей намерен просить Генеральную прокуратуру признать неопознанных пограничников с «Аркан Кергена» без вести пропавшими. Немецкие эксперты смогли идентифицировать останки лишь Рустема Акылбаева. Установить личности еще двух погибших в бойне на погранпосту - предположительно, Дениса Рея и Мейрхана Именова - западным экспертам так и не удалось.
Людмила Костенко, председатель Комитета солдатских матерей г. Астаны:
- Если нет тела - нет человека, это только без вести пропавший. Я не считаю этих ребят погибшими, их надо искать. Это дело следствия, это дело прокуратуры.